Этот последний путь был бы неплох, если им пользоваться правильно. Часто, однако, здесь происходят ошибки, основанные на том, что в качестве доказательных анатомически обусловленных симптомов берутся только такие, как, например, симптом Бабинского, или потеря сухожильных рефлексов, или потеря световых реакций зрачков и т. п., т. е. такие симптомы, которые уже очень хорошо и давно изучены и всем отлично известны. Я думаю, что именно отсутствие таких «школьных» органических симптомов у больной Тр-вой позволило так долго трактовать ее заболевание как истерию. Все дело здесь в том, что органическая симптоматика, имеющаяся у этой больной, относится к еще очень недостаточно изученным, «новым», синдромам, которых, кстати сказать, остается еще так много в современной невропатологии. Надо очень внимательно изучать эти своеобразные двигательные синдромы — тогда мы убеждаемся в их строго закономерном появлении и в их стандартности, что совершенно не свойственно пестро изменяющейся и эмотивно окрашенной истерической симптоматологии. Если с этой последней точки зрения подойти к анализу гиперкинеза у больной Тр-вой, мы увидим пример очень четко представленной экстрапирамидной моторики, правда, достаточно редкой и малообычной.

Как мы видели, двигательные нарушения у Тр-вой сводятся к двум: к непрекращающимся миоклоническим вздрагиваниям конечностей и к появлению спонтанных тонических спазмов, фиксирующих туловище в согнутой вперед позе (в противоположность «опистотонусу» такая согнутая вперед установка носит название «эмпростотонуса»). Этот последний гиперкинез является, очевидно, одной из вариаций синдрома, называемого торсионной дистонией.

Этот торсионнодистонический компонент оказывается в данном случае интимно связанным с произвольной иннервацией. Попытка сделать любое движение конечностями сейчас же приводит к появлению такой судороги. Произвольный импульс, как бы больная ни пыталась от этого удержаться, сразу соскальзывает на этот перераздраженный подкорковый аппарат и превращается вовсе не в то движение, которое больная хотела сделать, а всегда в одну и ту же сгибательную тоническую установку с выпрямленными конечностями. Больная сама говорит, что когда она хочет что-то сделать, у нее «выходит что-нибудь другое». Это — синдром, известный под названием «дистонии усилия» (dystonie d'effort французских авторов). Мы уже видели выше, на примере больной Тр-вой (лекция 9), как несколько сходный синдром заменил у нее после произведенной тенотомий имевшийся ранее спазм антагонистов. Это, конечно, синдром чисто «органического» значения, и его ценность для исключения истерии не меньше, чем ценность симптома Бабинского или арефлексии зрачков.